Я люблю тебя, Жизнь,
      и надеюсь, что это взаимно!






Смотрите авторскую программу Дмитрия Гордона

2-8 октября


Центральный канал
  • Олег ПРОТАСОВ: 9 октября (I часть) и 10 октября (II часть) в 21.30
  • Лариса КАДОЧНИКОВА: 14 октября в 16.30








  • 21 июля 2017

    Бывший советский разведчик, историк и писатель Виктор СУВОРОВ: «Смерть от руки убийцы из Кремля я счастьем посчитал бы, ибо это было бы доказательством того, что я прав и они моих книг боятся»



                     
    «У НЕМЦЕВ БОЛЬШЕ ПРИЧИН ДЕНЬ ПОБЕДЫ ОТМЕЧАТЬ, ЧЕМ У НАС: ПОБЕДЫ НЕ БЫЛО, ПО­ЭТОМУ И ДЕНЬ ЭТОТ Я НЕ ПРАЗДНУЮ» 

    — Виктор, я знаю, что в последнее вре­мя ты болеешь, — что случилось?

    — Ой, господи, лучше об этом не вспоминать! Я, как Бонапарт после Бородин­ского сражения, — весь побитый, но еще живой.

    — В 1978 году ты, сотрудник резидентуры ГРУ в Женеве, сбежал в Ве­ли­ко­британию и стал всемирно известным писателем, чьи книги многомиллионными тиражами выходят. Скажи, по­жа­луйста, по работе в разведке ты не скучаешь?

    — Дело в том, что писательство и разведка — это профессии смежные, историк — это разведчик прошлого, так что свою работу я продолжаю. Нет, не скучаю.

    — Когда ты был действующим разведчиком, завербовать мог любого?


    Фото Ростислава ГОРДОНА

    Фото Ростислава ГОРДОНА

    — Ни в коем случае. Это очень-очень тяжелая работа, я бы ее никому не пожелал, и если действительно кого-то за­вер­бовал — это чрезвычайно большое достижение.

    Вообще-то, в ГРУ негласное правило существовало: сотрудники там, как два волка при встрече, друг к другу принюхивались, чтобы понять, удавалось ли кому-то из них кого-то завербовать. Если да — значит, ты свой, а если никогда и никого — то и человеком тебя не считали, хотя вербовка — ювелирная все же работа. Это же не в Советском Союзе граждан к сотрудничеству склонять — с иностранцем нужно было вести себя так, чтобы он не побежал никуда и не доложил, а это весьма сложно.

    — Давай, наконец, признаемся, что все эти годы материалами для книг тебя английская разведка снабжает …

    — О, это действительно так (смеется), но когда мне такой вопрос задают, я спрашиваю: «Ребята, а зачем?» — это обще­до­с­­тупные источники, которые уже давно из­вестны». Зачем английской разведке ме­муа­рами Жукова меня снабжать, если я книгу с полки снимаю и чи­таю — там от­кры­тым текстом изложено все, что Геор­гий Константинович писал. То же самое — с товарищами Лениным, Сталиным и так далее: для любого разумного человека, который умеет читать, вся информация как на ладони. И еще один момент: в Бри­та­нии опрос общественного мне­ния проводился относительно того, кто са­мым великим по­литиком ХХ века был, и англичане, конечно, сказали, что Чёрчилль (они его фамилию на свой манер, не так, как мы, через ё произносят), а если мой «Ле­до­кол» и другие книги открыть, там написано, что Черчилль — большой дурак и преступник, а англичане этого либо не понимали, либо под дудку его танцевали. То­варищ Ста­лин с британскими и американскими ли­дерами делал все, что хотел, поэтому то, что я пишу, — это, вообще-то, против официальной британской версии войны, это их представления о ней подрывает и им, со­от­ветственно, очень не нравится.  

    — В мае День Победы у нас отгремел, в России он 9-го отмечался, а в Ук­раине — 8-го. Когда же, на твой взгляд, нуж­но его праздновать и что это во­об­ще за дата?

    — У меня книжка есть, которая «Тень победы» называется, и я вообще не считаю, что эта победа была. Посмотри, какая сейчас Германия и сколько немецких ма­шин по дорогам Киева ездит, а теперь глянь на то, как простые люди в России и в Украине живут, — и кто победил? Я думаю, что у немцев сейчас больше причин День Побе­ды отмечать, — это великая европейская держава, а мы как-то немного от них отстали. Считаю, что победы не было, по­этому и день этот я не праздную, это, по­вторяю, тень победы.

    «ВСЯ ЖИЗНЬ СТАЛИНА — ЭТО ПОДГОТОВКА К ВОЙНЕ, ЧТОБЫ РУКАМИ ГИТЛЕРА ЕВРОПУ СОКРУШИТЬ, А ПОТОМ УДАР В СПИНУ САМОМУ ФЮРЕРУ НАНЕСТИ» 

    — В книге «Ледокол» (блестящей, на мой взгляд) ты обосновал, что именно Сталин собирался на Гитлера напасть, а не наоборот. Миллионы россиян и ук­ра­инцев до сих пор поверить в это не мо­гут, и даже когда с умнейшими людь­ми я общаюсь и объясняю, что Виктор Су­во­ров в своем произведении с цифрами и фактами аргументировал, что Гит­лер Сталина просто опередил, они от­вечают, что я говорю ерунду и что это­го не может быть, потому что не может быть никогда…

    — Мой жизненный принцип — никогда и ни с кем не спорить, и тот, кто мои книги читал, согласится, что свое мнение я никому не навязываю. Если кто-то говорит, что такого не может быть, значит, не может, а нормальные, умные люди, которые во все вникнуть пытаются, прочитав книгу, со мной соглашаются: «А действительно!».

    Повторяю: мнение я не навязываю, выводов в своем произведении не делаю, а просто предоставляю факты. Внимание об­ращаю: «Ребята, вот смотрите, у Гитле­ра четыре тысячи парашютистов было, а у товарища Сталина — миллион», и никогда этот миллион по прямому назначению за­дей­ствован не был. Попытки были, но они провалились, потому что война совсем не так по­шла, как Ста­лин планировал и готовил, а зачем столько десантников было нуж­но? Или автострадный танк, который скорость 100 километров в час развивает на дорогах, которых у нас просто не было. Тут опять вопрос: «Ну зачем?» — возника­ет, и вот ответь на него! Нет, я никому свое мне­ние не навязываю: не веришь (разводит руками)  — не надо. 

    — Получается, таким образом, что Гит­­лер Ста­лина перехитрил?

    — Не перехитрил, а опередил, то есть Сталину не поверил. Идея будущего генералиссимуса за­клю­чалась в том, чтобы фюрер Европу сокрушил (это ледокол ре­во­люции) и ушел бы дальше на Бри­тан­ские ост­рова и в Африку воевать, где он дейст­вительно это делал, а в это время 11 государств Европы освобождения ждали бы, понимаешь? И освободитель был, у которого 24 тысячи танков: у Гитлера — три тысячи, и устаревших, а у нас — 24!

    Допус­тим, Гитлер с континента в Ве­ли­ко­­бри­та­нию ушел бы, и для Сталина это бы­­­ла бы ситуация, не воспользоваться ко­то­рой невозможно. Кроме того, миллион па­рашютистов имелся, ог­ром­ная армия, и лю­ди просили бы: «Ну, давай!», и Америка с Британией уже то же самое говорили бы. Кстати, насчет США: в апреле 1941 года в Иране строительство автомобильных заводов по сборке военных машин для Со­вет­ско­го Союза началось, то есть американцы все это поддерживали.

    — Непредвиденным маневром Гит­ле­ра и объясняется то, что из Крем­­ля в первые дни Сталин на трое суток пропал, у себя на даче уединился, и когда его соратники приехали к нему с просьбой сопротивление против Гит­лера возглавить, он по­ду­мал, что они явились его арестовывать?

    — Сталин считал, что война проиграна, и это правильно, я тоже так думаю. Вся жизнь Иосифа Виссарионовича — это подготовка к войне. Сначала захват и укрепление власти, затем — коллективизация, а нужна она была для того, чтобы бесплатно хлеб у мужика вырвать и гнать его за границу, чтобы военные заводы строить. Дальше индустриализация, чтобы танки производить, которых, как и самолетов, товарищ Сталин сделал в то время больше, чем все остальные страны в мире, плюс самый мощ­ный подводный флот.

    Зачем это все? — не для жизненного же уровня. Для чего Сталин такую чудовищную машину создал, когда Гитлер еще и воевать не собирался? Только для того, чтобы его руками Европу сокрушить, а потом удар в спину самому фюреру нанести. Когда все это рухнуло, Сталин примерно в такой же ситуации оказался, как если бы мы с тобой самую мощную в мире ракету создали, на это всю жизнь положили бы и перед запуском экспедиции на Марс кнопку нажали бы — и все развалилось. Таким образом, тогдашнее отсутствие Сталина в Кремле — это понимание того, что его мечта разбита, все, он проиграл — и войну, и свою жизнь.

    — Ты сказал, что Сталин и Гитлер — близнецы-братья: почему?

    — Каждый нормальный человек эти потрясающие совпадения может заметить: Сталин, как и Гитлер, социализм строил, у Сталина одна партия была, а все несогласные в тюрьмах сидели, и у Гитлера то же самое, у Сталина был ГУЛАГ, а у Гитлера — Бухенвальд, Освенцим и так далее, у Ста­лина — НКВД, а у Гитлера — гестапо и много прочих организаций. Схожесть этих тоталитарных систем даже по внешним признакам видна: у Сталина, как и у Гит­лера, красный флаг был, Сталин в полувоенной форме без знаков различия хо­дил, и Гит­лер тоже, они оба безбородыми были, но с усами! Ну, конечно, близнецы-братья, толь­ко товарищ Сталин немного хитрее Гит­ле­ра был — вот и все.

    — Сталин вообще удивительная фи­гура в мировой истории. Он очень мне интересен, я множество книг о нем прочитал и считаю, что, хотя Сталин, ко­неч­­но же, кровавым, жесточайшим лю­доедом был, но и великим человеком одновременно, а вот, на твой взгляд, Ста­­лин велик?

    — Да, но дело еще в том, что, кроме всего прочего, он еще удивительным чувством юмора был наделен, и вот когда эта огромная, страшная, погубившая десятки миллионов людей анаконда еще и шутит — это как-то завораживает. Знаешь, для меня на Сталина смотреть — это как тигра в клетке с безопасного расстояния разглядывать: я бы, конечно, рядом с этим зверем оказаться в уссурийской тайге не хо­тел, но если из-за стекла наблюдать, это величественное животное. Для меня Ста­лин — великий преступник, но и величайший государственный деятель, и тот, кто мои книги читал, например, «Контроль» (кста­ти, сейчас в Голливуде некоторое ше­ве­ление в сторону того, чтобы снять по ней фильм, происходит) и другие романы об Иосифе Виссарионовиче, согласится, что я этим человеком любуюсь. 

    «МАРШАЛ ЖУКОВ — ВИНОВНИК САМОЙ СТРАШНОЙ ВОЕННОЙ КАТАСТРОФЫ В МИРЕ» 

    — В России (и не только там) народ из уст в уста легенды о маршале Жу­ко­ве передает, о нем фильмы и целые се­риалы снимают, книги пишут, его ме­му­ары «Вос­по­минания и размышления» переиздают. Скажи, по­жа­луйста, Жу­ков действительно был ве­ли­ким марша­лом, военачальником и пол­ко­вод­цем или это очередной миф?

    — Это очень опасный миф — полководцем Жуков никогда не был. У Сталина, скажем так, разделение труда существовало — так же, как, допустим, в моем 145-м гвар­дейском мотострелковом полку, где я ко­ман­диром танкового взвода служил, то есть командир полка был (это Сталин) и два его заместителя. Один — мыслящий начальник штаба, а второй — просто первый зам, так вот, мыслящим Маршал Со­вет­ского Союза Василевский был, который все планировал и готовил, а зам с матом, оружием и расстрелами по всем фронтам носился, и это как раз Жуков. Он пре­творял в жизнь чужие замыслы, на смерть миллионы солдат толкал, чтобы кем-то составленный план выполнить. Жу­ков является виновником самой страшной воен­­ной катастрофы в мире. 13 января 1941 года Сталин начальником Гене­раль­ного штаба его поставил, Жуков войну на­чал планировать, и после этого жутчайшая трагедия в мировой военной истории разразилась — это впервые было, чтобы при таком количестве танков четыре миллиона солдат…

    — …в плен попало…

    — …в германские лагеря, а Генераль­ный штаб — это мозг армии, и Жуков его начальником был. Ну кто сказал, что это ве­ликий полководец, если по его вине такое случилось?!

    — Недавно Владимир Путин заявил, что Советский Союз победил бы немцев и без Украины. Скажи, пожалуйста, и без США, и без Великобритании то­же?

    — Это бред, который даже невозможно...

    — …комментировать...

    — …обсуждать. Со­ветский Союз производил танки, а вот ав­то­мобили практически нет, и в апреле 1941 года американцы, уже зная планы Сталина и готовясь ему по­могать, делали их в Ира­не, в том числе и 100 тысяч «сту­де­бек­ке­ров», которые на то время были лучшими военными машинами в мире. Аме­риканцы дали их Сталину бесплатно. Вот представим себе, что идет война, у нас хорошие танки есть и так да­лее, но за ними автомобили должны идти, которые солярку везут и запчасти. Если сол­дата не кормить, он сам где-нибудь кар­­тошки найдет и что-ни­будь съест, но танку боеприпасы нужны, за ним пехота и артиллерия должны следовать. Главным транспортером артиллерии был «студебеккер» — без 400 тысяч американских автомобилей победа была бы невозможна ка­те­горически, просто не­возможна, и все! Ну, а насчет того, что Со­ветский Союз по­бе­дил бы в войне и без Украины... Глупость — огромная, несусветная.

    — Россия вообще — страна мифов?

    — Получается, да. Прошу прощения, что опять на свою книгу под названием «Тень победы» ссылаюсь, но Победа в так называемой Великой Отечественной войне та­ко­вой не является. Страна такие потери по­несла, что в демографическую яму до сих пор валится, и вообще, Советский Со­юз рассыпался. Вот удивительная вещь: согласимся, что СССР во Второй мировой войне победил, но где же эта великая по­бе­дившая страна, куда девалась? По­беж­денная Германия — вот, Польша...

    — …Япония...

    — …Румыния, Венгрия, Латвия, Литва, Эстония — все они здесь, а Советского Союза нет, он распался. Вот призывают: «Давай 9 мая с красным флагом, под которым мы победили, праздновать», но такой страны больше нет!

    — У нас уже давно о необходимости примирения ветеранов Великой Оте­че­ст­венной с ветеранами УПА говорят — это, на твой взгляд, возможно?

    — Отвечаю категорически — нет, и не надо этой глупостью заниматься. Нет, ни в коем случае, и я даже это комментировать не хочу — нет, и все!

    «РОССИЮ ЖДЕТ РАСПАД» 

    — Сегодня на российском телевидении очень много документальных и ху­дожественных фильмов, прославляющих Советский Союз, идут, но мы с то­бой в СССР жили и хорошо это «гэ» по­мним...

    — Да, помним…

    — Отсутствием памяти не страдаем, тем не менее нам показывают, как тог­да хорошо было, замечательно и как прекрасно народ жил, и у людей, естественно, ностальгия по Со­юзу возникает. Что бы ты сказал тем, кто сегодня по СССР ностальгируют?

    — (Вздыхает). Да, нам с тобой про светлое завтра рассказывали, но тогда у нас, прости мой французский, очень хреново было. Километровые очереди стояли, и даже если у тебя какая-то де­неж­ка небольшая была, попробуй эту очередь отстоять! Даже сделав это, ты, скорее все­го, слышал, что товар кончился, — какие-то разбитые ботинки продавали, которые и на­деть стыдно, но они кончились, их нет!

    По­ни­ма­ешь, вот я, будучи гвардейским офицером, 185 рублей получал — в 68-м году это огромные деньги были, и вот со сво­ими солдатиками занятия провожу, а ча­сов у меня нет. Деньги есть, а часов — нет, а я должен был на каждые 15 минут план со­ставлять, что и когда изучаем. Ко­нечно, я это делал, но за временем следить не мог, и тогда отец свои часы мне привез, которые когда-то ему подарили, а они на цепочке, на руку просто так не глянешь — приходилось постоянно из кармана их до­ставать.

    СССР не заставшие представить этого не могут, только тогда нам про светлое будущее говорили, а теперь про светлое прошлое, но это та же морковка перед ишаком. Тому, кто в СССР не жил, этого не объяснишь, это на собственной шкуре надо почувствовать…

    — …и тот, кому эта морковка нравится, — ишак, правда?

    — А вот, знаешь, это действительно так, я с тобой полностью согласен (улыбает­­ся).

    — Какое будущее Россию ждет?

    — Распад. Я с Дальнего Востока родом — отец офицером был, место службы он не выбирал, поэтому там мое детство и про­шло. Дальний Восток сейчас полнос­тью ки­тайский, китайцы там все держат и конт­ро­лируют — они и в Забайкалье уже, но московская власть всю эту «оккупацию» поддерживает. Если китайцы туда пришли, они оттуда больше никогда не уйдут, по­этому повторяю, Россию распад ждет. Не скажу, когда, но немного времени пройдет, и в следующем интервью мы скажем: «Жал­ко, но что поделаешь — такова история».

    Смотри: великий социалистический ла­герь был, и он развалился, нерушимый Со­вет­ский Союз остался, но с ним то же са­мое случилось. Это тен-ден-ци-я, сэр, тенденция. Кто следующий на очереди? После крушения соцлагеря ничего ведь не было сделано, чтобы это остановить. Страна под горку неслась, Союз рассыпался, и снова со­вершенно никаких попыток не было, что­бы это предотвратить, — распад продолжается. 

    — Я внимательно российские телеканалы смотрю и речи российских ру­ко­водителей слушаю, и везде красной нитью назойливая мысль проходит о том, как плохо на Западе и какой он за­гнивающий, а в России скверно из-за американцев, этих пиндосов! Скажи, а почему Россия так Запад не любит? При том, что российская политическая и бизнес-элита деньги там держат, там детей обучают, лечатся и всеми благами этой проклятой за­падной цивилизации пользуются…

    — В Лондоне самые лучшие районы пол­­ностью оккупированы людьми, которые Рос­сией сейчас управляют, две самые мощные моторные яхты в мире российским олигархам принадлежат — им очень-очень здесь плохо...

    В мою бытность офицером ГРУ, когда за рубежом я еще не бывал, оттуда мой друг приехал, и я его спросил: «Ну как там? Гние­ние продолжается?». Он ответил: «Ой, продолжается, но такой запах, такой за­пах!..» (смеется). Ну, то есть гниение продолжается, но оно очень им нравится, и че­моданы у них, чтобы сюда убежать, дав­но готовы. 

    «ЯДЕРНАЯ МОЩЬ РОССИИ — БЛЕФ, А ПУТИН — ХОДЯЧИЙ ПОЛИТИЧЕСКИЙ ТРУП» 

    — Приход к власти в Соединенных Шта­­­­тах Америки Трампа — это плюс для Украины или для России?

    — Я бы вопрос так не ставил, я бы иначе его сформулировал. Украина имеет колоссальный потенциал и может стать великой державой уровня Франции или Гер­мании — по территории, населению, научным, экономическим, сельскохозяйст­венным возможностям и так далее, поэтому зачем нам с тобой куда-то за океан смотреть, если мы знаем, что Украина может быть са­модостаточной и процветающей, что нам от того, что Трамп к власти при­шел? По­это­му, когда люди в России ду­ма­ют, что было бы хорошо, если бы Клин­тон президентом США стала, хочется спро­сить: почему вы сами свои проблемы не ре­шаете, почему куда-то на Запад смот­рите?

    — В сторону пиндосов…

    — Да, вот именно.

    — Скажи, а Путина в мире боятся? За­пад его опасается?

    — Ни в коем случае. Су­ществует только одна вещь, отчего Запад так осторожно к России относится, — это ядерная мощь, но она дутая. Можно в ин­тернете посмотреть — информации о том, какие стратегические ракеты на вооружении России стоят, хватает, ведь они же в Украине все сделаны. Кроме того, срок их эксплуатации давным-давно истек...

    — Так что, ядерная мощь России — блеф?

    — Конечно!

    — Блеф?

    — Железно!

    — Ты сказал, что Путин — ходячий политический труп...

    — Ну а разве этого не видно? Посмотри на Путина и его окружение — совсем не­давно эти ребята спокойно на Запад ездили и так далее, а теперь против них персональные санкции ввели, и в любой момент каждый миллиарды свои потерять может. Представь: у тебя там штук 30 миллиардов...

    — …спасибо…

    — …и у меня тоже, и мы знаем, что из-за этого великого деятеля в любую минуту мо­жем нищими оказаться, и за нами Ин­тер­пол будет гоняться — ну вот как тебе это?

    — Мы его сообща придушим…

    — Вот! — то есть золотая табакерка в рус­ской истории ключевую роль играла и, думаю, сыграет еще раз. Кому сейчас присутствие Путина во власти выгодно, вот кому от этого хорошо? Работягам — нет, дальнобойщикам — нет...

    — …военно-промышленному комп­лексу…

    — Тоже нет — он же издыхает. Я совсем недавно спутниковый снимок Волго­град­ского тракторного завода видел, так вот, теперь он выглядит страшнее, чем вес­ной 1943 года, после окончания Ста­лин­град­ской битвы. Вот просто это фото найди! Это был тракторный завод, то есть танковый — это то же самое, и сейчас все разрушено там, растащено. Военно-промышленный комплекс — это просто тихий, чу­до­вищный ужас, он в таком же кризисе, как и все остальное, находится: вот строят они новый истребитель, и стро­ят, и стро­ят, и скоро построят, но что-то ни­как не получается, танк сделали, 10 штук для парада вы­пустили, один заглох... Нет-нет, если все разваливается, если наука, образование рушится, то и военно-промышленный комплекс процветать не может.

     «ТОТ, КТО ПОСЛЕ ПУТИНА ПРИДЕТ, ДЕМОНСТРАТИВНО ЕГО ПОКАРАЕТ» 

    — В интервью интернет-изданию «ГОРДОН» ты сказал: «Путин — дурак, ему конец». Я спрашиваю: «Когда?».

    — Ну я же не цыган с картами, чтобы вот так раз — и раскидал. Он труп, и то, что он кончен, — это ясно. Конечно, он еще ходит немного, из угла в угол передвигается...

    — Что же с Путиным будет, какое бу­дущее его ждет?

    — Самое мрачное. Дело в том, что для человека, который пошел во власть, дороги назад нет. Никите Сергеевичу Хру­щеву повезло — его на пенсию отправили, а во­обще-то, там мясорубка, и тот, кто после Путина придет, вынужден будет все проблемы на него валить: с украинцами поцапались, подрались — Путин виноват, государство развалено — тоже. Новый правитель должен будет крайнего искать: так же, как Хрущев на Сталина ва­­лил, Сталин — на царя и так далее. Что­бы выжить, но­вым ли­дерам надо будет демонстративно покарать Путина так, как Чау­шеску наказали, Ху­сейна, Кад­дафи и других, — их смерть была страшной.  

    — Что будет, на твой взгляд, с Си­ри­ей и Северной Кореей?

    — Они потихоньку деградировать будут, пока все не кончится. История совершенно уникальный эксперимент поставила: вот Западная Германия Mercedes делали, BMW, Porsche и так далее, а в Вос­точ­ной те же немцы — какой-то вшивый Trabant. Или Се­верную и Южную Корею возьмем: в Се­верной люди сейчас от недоедания в трех поколениях в среднем на несколько сантиметров ниже, чем в Южной, и это ког­да-то к краху той системы должно привес­ти. Они не могут быть мирными, потому что люди начнут спрашивать, почему в Юж­ной Корее хорошо, а у нас все так по-дурацки?

    — Почему мы, собственно говоря, ни­же?

    — Да! (Смеется).

    — В одном из интервью ты мне при­­знался: «Я первый из Советского Сою­за вышел, а Украина — за мной, я первый украинец, который вступил в НАТО и Европейский союз». Ну а это уже пос­ле российской агрессии в Крыму и на Донбассе было сказано: «Сейчас я ук­ра­инец, и жена моя украинка, и дети мои украинцы, и кошки мои украинцы, и глечики у меня вокруг дома на заборе висят, чтобы все видели, и прапор жов­то-блакитный, и значок с тризубом на груди гордо реет». Скажи, а что сегодня происходит в Украине на взгляд из Ве­ли­­ко­бри­та­нии?   

    — В свое время (ты, конечно, помнишь) на BBC программа под названием «Глядя из Лондона» выходила, так вот, глядя из Бристоля, ситуацию можно проанализировать так: за последние десятилетия мы все стали свидетелями катаклизмов, которые и по Европе, особенно Центральной, прокатились, — Румыния, Чехия, Слова­кия, Поль­ша и так далее. Там, где полная смена правящего класса произошла, страны на правильный путь стали. Я раньше часто в Польше бывал и ее неумолимый прогресс и стремление к нему видел — это касается культуры, науки, промышленнос­ти, сельского хозяйства. Просто люди жить хорошо стали — по Польше едешь, и ее не узнаешь, а в странах, где правящий класс не был сменен, где революции произошли, а руководство тем же осталось (то есть лидеров всего лишь перетасовали — одного задвинули, другого выдвинули), стагнация, и здесь самым ярким примером, как мне не жаль, конечно, Украина является.

    Народ вышел, насмерть стоял, кровь свою проливал, и после этого что-то не­много со­всем изменилось и не так быст­ро, как хотелось бы. Мне жаль мою Укра­ину, потому что огромным потенциалом она обладает и мудрым народом, который всегда был свободен духом. Наша свобода — внутри нас. Холопу, рабу можно дать денег, волю, но он рабом все равно останется, а украинец всегда, даже босой, даже при крепостном праве, свободный, и мне очень жаль, что изменения в Украине быстро не происходят.

     «ЕСЛИ НАРОД ДОНБАССА И КРЫМА САМ В УКРАИНУ НЕ РВЕТСЯ, НАСИЛЬНО МИЛ НЕ БУДЕШЬ» 

    — Агентов советского КГБ, а также рос­­­сийских ФСБ и ГРУ в Украине сегодня еще много? 

    — Много.

    — И что с ними делать?

    — (Улыбается). Великий украинский на­­род должен сам решать, что с ними де­лать, — в данном вопросе я ему не советчик.

    — Ты мне сказал, что Донбасс — это у Украины гири на ногах, на руках, на шее и тяжелый труп на горбу. Крым и Дон­басс Украине нужны?   

    — Нужны, но если они сами этого хотят. Немного потерпеть надо — Германия, до­пустим, тоже была разделена. Ничего, по­живем — увидим, когда-то воссоединимся, но если народ Донецкой и Луган­ской об­лас­­тей сам в Украину не рвется, насильно мил не будешь, и то же самое с Кры­мом.

    — Кто из сегодняшних украинских по­­литиков тебе нравится?

    — (Задумался). Ты знаешь, никто. Про­шу прощения (улыбается), но голосовал бы я против всех.

    — В прошлом году ряд народных де­путатов обратился к президенту По­ро­шенко с просьбой присвоить тебе зва­ние Героя Украины — как к этому ты относишься?

    — Это великая честь! Я, конечно, воспринял бы это как самую высокую награду, и если мы уже об этом заговорили, то со­всем недавно, несколько дней назад, я от свободной Чечни этот орден получил (по­ка­зывает) — высшую награду Чеченской республики Ичкерия. Это не те чеченцы, которые Путина любят и за него воюют, и это, повторяю высшая награда — очень тя­же­лая (взвешивает на ладони), золотая. Ничего, если Украина этого звания мне не даст, я не гордый, но приятно, что кто-то мои за­слуги оценивает.

    — Как у Твардовского:

    «Нет ребята, я не гордый.
    Не заглядывая вдаль,
    Так скажу: зачем мне орден?
    Я согласен на медаль»…

    — (Улыбается). Согласен, да.

    — Твоя мама до последнего времени в Черкассах жила и там умерла — сколь­­ко ей лет было?

    — 96.

    — Уже в Великобритании оказавшись, ты с ней виделся?

    — Да, конечно. После того как Со­вет­ский Союз распался, отец и мать у меня бы­­вали, и родители Татьяны, моей жены, которые в Запорожье жили (они уже умерли), тоже к нам приезжали.

    — В России ты был дважды заочно к высшей мере наказания приговорен —после убийства Литвиненко на территории Великобритании угрозы для тебя нет?

    — (Вздыхает). Ну, угроза существует всегда. Когда Саша Литвиненко мне позвонил и сказал: «Слушай, меня травонули», я ответил: «Саша, да брось ты, — меньше пить надо». Это шутка, потому что он со­вер­шенно непьющим был, а потом выяснилось, что его действительно отравили. Раз­ница в том, что я меры защиты, предосторожности принимаю, а он открыто, с распахнутой душой, жил. С другой стороны, смерть от руки убийцы с той стороны, из Кремля, я каким-то, может быть, даже счас­тьем бы посчитал, ибо это было бы доказательством того, что я прав и они моих книг боятся.

    — Виктор, хочу поблагодарить тебя за дружбу, за годы нашего общения, за прекрасные интервью, которые ты мне в разное время, в том числе и сегодня, да­вал. Хочу здоровья тебе пожелать, чтобы ты еще много хороших книг написал, и спасибо тебе, выдающемуся пи­са­телю, который зашоренным лю­дям в разных уголках земного шара гла­за на те мифы открыл, которые нам cо­вет­ская империя насаждала и из-за которых мы не могли вперед двигаться. По­следний вопрос. Украина — твоя ро­ди­на: домой не тянет?

    — А я и так в Украине живу, просто каждое ут­ро (не знаю почему) в Бри­сто­ле про­сыпа­юсь (смеется). Это моя родина, да!

    Слава Украине!

    — Героям — слава!

    Записала Виктория ДОБРОВОЛЬСКАЯ










    © Дмитрий Гордон, 2004-2013
    Разработка и сопровождение - УРА Интернет




      bigmir)net TOP 100 Rambler's Top100