Я люблю тебя, Жизнь,
      и надеюсь, что это взаимно!






Смотрите авторскую программу Дмитрия Гордона

19 - 25 июня


Tonis
  • Владимир ПРЕСНЯКОВ: 19 июня (I часть) и 20 июня (II часть) в 18-55
  • Валерий ТОДОРОВСКИЙ: 21 июня (I часть) и 22 июня (II часть) в 18-55
  • Дмитрий ЯРОШ: 23 июня в 18-55
    Центральный канал
  • Юрий ШУХЕВИЧ: 24 июня (I часть) и 25 июня (II часть) в 16-45








  • 13 апреля 2017

    Глава Закарпатской облгосадминистрации Геннадий МОСКАЛЬ: «За сдачу власти Януковичу Ющенко, Балога и Ульянченко получили миллиард долларов на троих»




     

    «КРЫМСКИЕ БАНДИТЫ МЕНЯ СПРОСИЛИ: «А КАКИЕ У НАС ЕСТЬ РАЗНОГЛАСИЯ?» Я В ОТВЕТ: «ТОЛЬКО ОДНО — ПО ЗЕМЕЛЬНОМУ ВОПРОСУ. Я ВАС ХОЧУ ВИДЕТЬ В МОГИЛЕ, А ВЫ — МЕНЯ» 

    — Геннадий Геннадиевич, на протяжении нескольких лет вы были начальником милицейского главка в Крыму и одновременно заместителем министра внутренних дел...

    — Два раза притом...

    — Я помню, что такое Крым во время перестройки и после нее — это было настоящее бандитское гнездо: «Сейлем», «Башмаки» и множество других группировок... Приехав в Крым усмирять криминальные страсти, вы, говорят, наступили мафии не только на хвост, но и на горло — это так?


    Фото Сергея КРЫЛАТОВАФото Сергея КРЫЛАТОВА

    — Я прибыл из Закарпатья, где был начальником Управления внутренних дел области, и меня восприняли так: «какой-то гуцул приехал», хотя до этого я в уголовном розыске долго работал, был первым заместителем начальника УВД Черновицкой области по криминальной милиции, окончил средне-специальную львовскую школу милиции по линии уголовного розыска, Высшую школу МВД СССР...

    — ...в общем, подготовку имели...

    — Да, и еще Академию внутренних дел СССР — я поступил туда в 1981 году, но научный коммунизм, марксистко-ленинскую философию и историю КПСС нам там не преподавали...

    — Учили преступления раскрывать...

    — Да, а еще такому, что, я думал, мне никогда не пригодится: «действия диверсионно-разведывательных групп», «уничтожение диверсионно-разведывательных групп»... Преподавателей этих предметов специально приглашали из Военной академии Генерального штаба Вооруженных сил СССР — они очень грамотно нас учили...

    Крым мы усмирили — я сразу сказал, что нигде с бандитами на одной территории не живу. Они сначала не поверили: «А какие у нас разногласия?». Я в ответ: «Только одно — по земельному вопросу. Я вас хочу видеть в могиле, а вы — меня»...

    — Взятки вам предлагали?

    — Нет. Там сразу на человека досье со­би­рают...

    — То есть репутация вас опережала...

    — Взятки, сразу поняли, я не беру, и запугать меня невозможно... Искали, правда, через кого бы познакомиться...

    — Не вышло?

    — Нет, — я сказал, что с теми, у кого на руках кровь, встречаться не буду и руки этим людям никогда не подам.

    — Кто был лучшим министром внутренних дел в независимой Украине?

    — Кравченко.

    — Все-таки?

    — Да — кто бы что ни писал и ни говорил. Человек начинал с сержанта, но, знаете, нельзя слишком приближаться к власти, между высшим политическим руководством и подчиненными должна быть очень большая дистанция.

    — Кравченко убили или он застрелился сам?

    — Сам.

    — Вы уверены?

    — Я за свою жизнь сотни самоубийц видел — не все они вешаются или топятся... Есть такой эффект — когда человек после первого выстрела боли не чувствует: мозг еще работает, и окончательный план — довести все до конца...

    Это такой болевой шок... После таких выстрелов Кравченко мог бы еще немного пройти, и родственники вызвали бы «скорую», и сложилось бы все по-другому, но он...

    — ...настоящим мужчиной был?

    — Да, он был мужчиной. Самоубийцы — вообще не слюнтяи...

    — ...ну да, попробуй сделай...

    — Слюнтяй начинает плакать, в прокуратуру идет, всех там сдает, чтобы только самому спастись, а самоубийца должен иметь железную волю — если воли нет, он никог­да на такой шаг не решится.

    «КУЧМА ХОТЕЛ, ЧТОБЫ ЕГО ПРЕЕМНИКОМ СТАЛ ПЛЮЩ» 

    — Аваков — хороший министр внутренних дел?

    — (Смеется). Как человек или как профессионал?

    — Как министр...

    — Его назначение было результатом политического решения... Мы состояли в одной фракции, во время Майдана он за нас отвечал — когда дежурим, когда меняемся...

    — Вы дипломат... Аваков — хороший министр или нет?

    — Еще год и, думаю, будет... нормальным. Очень тяжело ему... Нужно было ему помочь, усилить...

    — ...профессионалами...

    — ...а ему политическое руководство взять, но после Майдана все изменилось. Жизнь разделилась: до Майдана и после, и для милиции тоже. После первого Майдана все шло спокойно, а после второго... Милиция сама дала себя спровоцировать на позорные поступки — что бы кто ни говорил...

    — Состояние сегодняшней милиции вас устраивает?

    — Нет. Думаю, что и Авакова оно не уст­ра­ивает тоже, и президента — ничего же не раскрывается...

    — Когда закончился профессионализм в полиции, в спецслужбах, в правоохранительных структурах вообще?

    — Когда был уволен Кравченко — все потом пошло не так. Скажу честно: когда он в Крым приезжал, я мог ему накрыть стол и выпить с ним бутылочку вина, а он всегда звал официанта и рассчитывался или, если наличных не было, говорил: «Запиши на мой счет. Сколько я там должен?». Очень щепетильный был, но он начал с высшим политическим руководством сильно сближаться...

    — ...и это его погубило...

    — ...и уже немножко от земли оторвался... Кучма же Ющенко не хотел... Кучма — грамотный «красный директор»: разве он не видел, что это абсолютное ничтожество?

    — Ничтожество?..

    — А кто? Ну кто?! Сегодня мало кто помнит, но банк «Украина» он же угробил и до ручки довел...

    — Кучма хотел, чтобы его преемником Кравченко стал?

    — Не Кравченко — Плющ... Поскольку я в Крыму работал, все эти придворные разговоры слышал. Плющ все-таки...

    — Умный Иван Степанович был...

    — Очень, с крестьянским умом, хорошо адаптировался к военному делу. Именно своей мудростью он кое-кого и раздражал... Я так понимаю, Кучма не хотел конфликта, он Кравченко сказал: «Юра, Ющенко все равно не справится, через три-четыре месяца все завалит»... А кто скажет, что он хоть с чем-то справился? Ни с чем! Абсолютно!

    «ПОСТЫ В ПОЛИЦИИ ДО СИХ ПОР ПРОДАЮТСЯ — СТАВКИ ТОЛЬКО ВЫРОСЛИ» 

    — Сегодня показатели преступности очень возросли...

    — Да, очень.

    — Реформа полиции все-таки состоялась или нет?

    — Нет. Если бы состоялась, сегодня и на вашем сайте, и в других средствах массовой информации мы не видели бы новос­тей о том, что каждый день полицейских с по­личным ловят, и это после проверки на детекторе лжи, после переаттестации, пос­ле обучения у американских и канадских специалистов... Они и дальше взятки берут — уже и новая полиция: все на свои места становится.

    И еще: о какой реформе полиции можно говорить, если в Ужгороде, например, только три месяца полицейских учили — там почему-то денег не хватило. Через три месяца их выпустили в общество, которое находится в состоянии войны, депрессии, в состоянии агрессии — попробуйте кому-нибудь на ногу наступить, и вы сразу услышите все, что о вас думают...

    — Вы, опер от бога, убийство Шеремета раскрыли бы?

    — На 99,9 процента — долю процента я всегда на форс-мажорные обстоятельства оставляю.

    — Скажите, а что на самом деле случилось в Княжичах?

    — Если коротко — полиция была связана с бандитской группой. Те, кто вели внеш­нее наблюдение, видели, как бандиты зашли, все вынесли, погрузили. Они доложили, но никаких мер никто не принял. В это время сработала сигнализация: приехали сотрудники полиции, пошли в дом — если там еще что-то осталось, нужно же украсть... Бандиты миллион украли...

    — Миллион?!

    — Миллион, но о служебном расследовании ничего не слышно. Рассказывать будут о чем хотите...

    — ...кроме этого...

    — ...кроме этого.

    — Значит, они зашли, чтобы еще поживиться...

    — Они знали — там одна бизнесвумен из Енакиево жила, откуда и...

    — ...Виктор Федорович был...

    — Да, «уважаемый Виктор Федорович»...

    — ...светлая ему память...

    — (Смеется). Будучи в оппозиции, мы иногда где-то в Верховной Раде собирались, и когда мне давали слово, я тост произносил нараспев, как священник (а голоса у меня нет): «Партии регионов — вечная, долгая па-а-мять...». Мне: «Ну что, тебе сказать нечего? Зачем ты? Завтра же об этом доложат...», а я в ответ: «Вас же вздрючат, а не меня» (смеется).

    — Скажите, посты и должности в полиции до сих пор продаются?

    — А как же.

    — То есть ничего не изменилось?

    — Нет — ставки только выросли.

    — А честные «менты» вообще существуют или нет?

    — Существуют.

    — Вы таких видели?

    — (Удивленно). Я с такими работал.

    — Вы — честный «мент»?

    — Да, а то, что кого-то послал... Те, кто взятки берут, обычно очень культурные, вежливые — как те «зеленые человечки» в Крыму (смеется).

    — В Украине когда-нибудь можно будет создать такую же полицию, как в США или в Швейцарии, в Германии?

    — (Задумался). Все зависит от политической воли высшего руководства страны.

    — И только?

    — Да.

    — В Грузии полицейская реформа вам нравится?

    — (Усмехается). Я был в Грузии... Я сказал: «Ну, год пройдет, два, и...». Справились с последним погромом в Батуми?

    — То есть реформы нет?

    — (Отрицательно качает головой). Понимаете, «оранжевая революция» прошла как-то тихо, мирно, высшее руководство сменили, но оставили тех, кто... Самый большой скандал был, когда Юлия Владимировна в лицо Савченко — начальнику Главного управления охраны общественного порядка — заехала: это был самый крупный инцидент за всю революцию (улыбается), и потом Луценко с ним подружился, потому что Луценко отвечал за безопасность...

    «ПУТИН СКАЗАЛ ЯНУКОВИЧУ: «КАК ТОЛЬКО ПОПРОБУЕШЬ ЧТО-ТО ПОДПИСАТЬ С ЕС ИЛИ С НАТО, Я СРАЗУ ЗАБИРАЮ КРЫМ, ДОНЕЦКУЮ, ЛУГАНСКУЮ, ХАРЬКОВСКУЮ, ОДЕССКУЮ, НИКОЛАЕВСКУЮ, ХЕРСОНСКУЮ И ЗА­ПОРОЖСКУЮ ОБЛАСТИ»

    — Вы заявили, что Ющенко, Балога и Ульянченко получили миллиард долларов от Партии регионов за сдачу власти Виктору Януковичу...

    — А вы считаете, что они ее сдали бес­платно?

    — Это точная цифра — миллиард дол­ларов?

    — Мне эту цифру озвучили... 16 января 2014 года Верховная Рада приняла диктаторские законы, а позже я возглавил комиссию (временную парламентскую комиссию по расследованию расстрела людей на Майдане. — «ГОРДОН»), а пани Бондаренко вошла в нее от Партии регионов и от коммунистов (у них всегда было большинство). Я не мог начать, не зная обстоятельств, — поехал в Москву... Тогда еще такого запрета не было, меня еще приглашали на телеканалы как политика, и там я встретился с одним из приближенных Януковича.

    — Фамилию называть не будем?

    — Не будем.

    — И он сказал, что дали миллиард?

    — Сказал. Я спросил: «Ребята, что же вы — так просто власть забрали?», и он ответил: «Ющенко, Балога и Ульянченко получили миллиард на троих». Насколько я знаю, Балога положил деньги в какой-то швейцарский банк, этот банк выкупила Россия, и теперь деньги не отдают, потому что нужно предоставить отчет об их происхождении. Балога сделал послом в Швейцарии некоего Дира, они постоянно ездили туда отдыхать. Потом кто-то из швейцарских пе­редал мне, поскольку я этим очень интересовался, как в Новый год они в Швейцарии напились и сожгли там целое шале... Часть большой суммы осела в швейцарском банке — у меня есть его название, но там Балоге сказали: «Покажите источник законного происхождения этих денег».

    — Пока не покажете, не отдадим?

    — Пока не напишете, что Партия регионов дала... (Усмехается).

    — Вы заявили, что еще перед Майданом Путин предупреждал Януковича о том, что отберет Крым и восток Украины, — это правда?

    — Да, правда — об этом мне тот же человек говорил... Когда должны были подписывать Соглашение об ассоциации с ЕС, Путин сказал Януковичу: «Никогда Россия не будет граничить с Европейским союзом и с НАТО. Тебе нужны деньги? Вот три миллиарда»...

    — ...те самые три миллиарда...

    — ...которые на ирландскую биржу выкинул... Все российские руководители говорят, что Путин не переваривал Януковича, но вынужден был с ним общаться, и Путин сказал: «На, бери три миллиарда и иди там себе, руководи, но как только попробуешь что-то подписать...

    — ...хана...

    — ...я сразу забираю (цитирую того человека из ближайшего окружения. — Г. М.) Крым, Донецкую, Луганскую, Харьковскую, Одесскую, Николаевскую, Херсонскую и За­порожскую области».

    — Вот так...

    — Да. Так было ему сказано, и Янукович пришел весь белый, собрал круг из четырех человек... Один из этих четырех...

    — ...вам об этом и сказал...

    — Да, мне сказал. Янукович так испугался, что уже не хотел ни в Европу идти, ни в НАТО — он думал, как сблизиться с Путиным, но Путин его к себе не очень подпускал.

    «НА ПРОГРАММЕ ШУСТЕРА ЕФРЕМОВУ Я СКАЗАЛ: «ДО ВАС ВСЕ ГУБЕРНАТОРЫ БЫЛИ КОНЧЕННЫЕ ДЕБИЛЫ, И ПОСЛЕ ВАС АПРИОРИ УМНОГО ВООБЩЕ НЕ МОГЛО БЫТЬ В ПРИРОДЕ — ОДНИХ ДЕГЕНЕРАТОВ, УМАЛИШЕННЫХ И ПИДОРАСОВ В ЛУГАНСК НАПРАВЛЯЛИ» 

    — В 2005-2006 годах вы были губернатором Луганской области, в 2014-2015 — главой Луганской облгосадминист­рации: вы хорошо этот регион знаете?

    — Да.

    — Вы сказали, что Ефремова и его «региональную шайку» видели в гробу...

    — Я так сразу им и заявил, но когда арестовали Ефремова, ни разу не позлорадствовал, хотя... Сказать, как мне там работалось при Ефремове и Тихонове (Виктор Тихонов — бывший председатель Луганского облсовета, «правая рука» Александ­ра Ефремова. — «ГОРДОН»)? Думаю, что лучше камбоджийцы жили при режиме Пол Пота, чем я при них...

    — Крали они много?

    — Они никого к кормушке не подпускали. Если в Донецке были разные элиты...

    — ...то мы и видели, какой красивый Донецк, а Луганск, извините...

    — Не хочу повторять некультурное слово, которым его называли...

    — И все же?

    — Мухосранск, и когда в одной из передач Шустера Ефремов начал меня упрекать: «Ты там был не прав и тут был не прав», я ему ответил: «До вас, Александр Сергеевич, все губернаторы были кончен­ные дебилы, и после вас априори умного вообще не могло быть в природе — одних дегенератов, умалишенных и пидорасов в Луганск направляли». Он покраснел, и больше мы этой темы никогда не касались.

    — Что за люди Захарченко и Плотницкий?

    — Они никто! Плотницкий моим земляком оказался, только он из Бессарабии, а я — из Буковины. Он в Кельменцах 10 классов окончил — это такой районный центр, три тысячи населения, там даже ни одного двухэтажного здания нет, а Захарченко — самодур, и если Плотницкий еще хоть какой-то интеллект и имеет, то этот (стучит по столу)... Другого слова и не подберешь — дурак.

    — Вы сказали, что сегодня у нас предателей больше, чем во время Второй мировой войны, — эти слова подтверждаете?

    — Конечно, так и есть. Посмотрите: Крым... (Возмущенно). Почти вся СБУ на защиту Крыма не вышла! В Севастополе, кроме управления СБУ, еще большое управление военной контрразведки находилось — кто вышел? Единицы — морская пехота и Черноморский флот. Как бы там о Литвине ни говорили, он все приграничные корабли вывел, и ни один в плен не попал, а где были наши командиры Черноморского флота? Или это агентура была, которая на деньгах России сидела? Они все там, в бухтах, оставили...

    — Украине Донбасс нужен или нет?

    — Нужен — если сдадим Донбасс, россияне дальше пойдут.

    — Крым Украина вернет?

    — Честно? Нет.

    — А Донбасс? Честно...

    — Нет.

    — Вы сейчас возглавляете Закарпатье, и вы признались: «На Луганщине все просто: свой — чужой, а в Закарпатье все закручено в поросячий хвост». Что это значит?

    — Есть три вида людей. Первый — это те, кто искренне и пламенно любят Украину, и такой любви к Украине я в других областях не видел — закарпатцы за нее горло перегрызут... Если какие-то концерты проходят, они, без всякой рекламы в соцсетях, собираются — зал 300 человек вмещает, а приходит тысяча...

    — Второй тип?

    — Это на Луганщине — они обдурены, оболванены, но с ними еще можно говорить.

    — А третий?

    — Третий — это сторонники Путина: «Путин — вождь», «Путин — Иисус Христос», «Путин — царь», «Путин — спаситель», «Путин — собиратель городов русских», «Путин нас спас от бандеровцев»... Я им говорю: «Так я же — бандеровец, жил на территории, которая с 1944-го по 1952 год была зоной активного противостояния между НКВД и Украинской повстанческой армией». Они соглашаются: «А мы другого и не ожидали...».

    «КОГДА МНЕ СООБЩАЮТ, ЧТО КОГО-ТО В ЗАКАРПАТСКОЙ ТАМОЖНЕ ЗАДЕРЖАЛИ ЗА ВЗЯТКУ, Я ГОВОРЮ: «ДА ПУСТЬ ИХ ХОТЬ ВСЕХ ПЕРЕСАЖАЮТ». Я ХОТЕЛ НАВЕСТИ ПОРЯДОК — ГОСУДАРСТВО НЕ ЗАХОТЕЛО...» 

    — Контрабанда в Закарпатье процветает?

    — А как же!

    — Это главное, что там есть?

    — Нет, сегодня тех масштабов, которые были раньше, контрабанда не имеет, но то, что таможенная система прогнила полнос­тью, видно по количеству арестов на Львов­ской, Ивано-Франковской таможнях... На должность руководителя Закарпатского областного управления таможен­ной службы мы поставили человека из Донецка Владимира Колесникова, который когда-то был заместителем начальника УБОПа Донецкой области. Именно он, когда Партия регионов была при власти, принимал заявление от Бориса Пенчука на своего однофамильца Бориса Колесникова о совершении преступления, и вся эта шайка-лейка — Насиров, Продан, которого товарищ Гройсман привез из Винницы как великого таможенника, — быстро этого человека убрала, чтобы расчистить дорогу «винницким». Все — теперь там руководят «винницкие», и даже если мне сегодня звонят и сообщают, что кого-то в таможне задержали за взятку, я говорю: «Да пусть их хоть всех пересажают». Я хотел навести порядок, и Колесников хотел — государство не захотело...

    — Балога — хозяин Закарпатья?

    — Нет.

    — Уже нет?

    — (Кивает).

    — Но был?

    — Да. Он же был руководителем предвыборного штаба Порошенко, и ему после выборов область в награду отдали... Знаете, какая у него особенность? Его подчиненные должны быть в 10 раз глупее, чем он, и в 100 раз беднее. Там такого вуйка сельского поставили, но фактически Балога сам руководил — я губернатором уже после этих событий пришел.

    — Почему Балога назвал вас «рабом»?

    — Кем?!

    — «Рабом», Балога сказал, что вы — «раб»...

    — (Изумленно). Его?!

    — Нет, не его — вообще...

    — (Возмущенно). Я никогда рабом не был, а вот часть закарпатцев имеют рабскую психологию, какой-то страх перед Балогами. (Усмехается). Я его не боюсь. С кем бы я ни работал, если мне что-то не нравилось, я...

    — ...вставали и уходили?

    — ...да, и при этом еще громко хлопал дверью. Однажды дверь даже вместе с рамой выпала...

    «ПОЧЕМУ МЕНЯ ДО СИХ ПОР НЕ УБИЛИ? ЖЕЛАЮЩИХ ОЧЕНЬ МНОГО» 

    — В рамках декоммунизации в Закарпатье при вас появились площадь Энди Уорхола и улица Джона Леннона....

    — Да.

    — Интересно. Вместо улицы Ленина...

    — Есть такое село Калины в Тячевском районе (к слову, это самый крупный район Закарпатья — больше 200 тысяч населения), так вот, ни один председатель сельсовета не хотел принимать решение, а начинаться все должно было с них, потом — районные администрации, а после — уже я. В распоряжении, кстати, было написано: «обязан» — то есть это было уже не право мое, а моя обязанность, и если я этого не сделаю, это будет считаться невыполнением обязанностей.

    Идем мы, короче, по улице — стоит груп­­па людей. «Добрый день», — говорю. «Добрый день». — «Так будем этого Ленина переименовывать?». Они: «Лэнене?..». Они даже выговорить правильно не могли (смеется). Я руководителю пресс-службы, который в том числе и внутренней политикой занимался, сказал: «Слушай, есть прекрасная идея! Зачем мы будем Ленина менять? Сделаем из него Леннона!». Так мы и поступили, и сейчас это чуть ли не единственная улица его имени...

    — ...в Украине...

    — (Со смехом) ...на постсоветском пространстве! Мы даже письмо его родственникам писали — хотели их на открытие пригласить.

    Ну а корни скульптора Энди Уорхола в Восточной Словакии, он из семьи лемков (это та же этническая подгруппа, что и гуцулы, бойки), но родился уже в Соединенных Штатах... Недалеко от Ужгорода, кстати, в 40 минутах езды, прекрасный его музей есть — советую посетить...

    — Закарпатье стать частью Венгрии может?

    — Никогда!

    — Никогда?

    — Да ну! — это сказки, байки... Многим журналистам, не обижайтесь на меня, какие-то сенсации нужны, поэтому — Москаль уже венграм «испек хлеб», «купил рушник»... В прошлом году мы заняли первое место по внутреннему туризму (36 про­центов из числа туристов по Украине отдыхали у нас), обогнав Львовскую и знаменитую Ивано-Франковскую области, и вот я вышитый рушник покупаю, а мне одна журналистка говорит (смеется): «Это чтобы мадьяров встречать?!». Ну, знаете... Этого, повторяю, не будет никогда. Во-первых, Венгрия — член Евросоюза, во-вторых — член НАТО, в-третьих, там умеренное руководство, которое если и имеет свои отношения с Путиным, так чисто экономические, а если Закарпатской области помощь необходима — любая...

    — ...из Венгрии?

    — Из Венгрии: ночью позвоните — через час будет предоставлена.

    — Вы ненормативную лексику любите — так лучше доходит?

    — Меня приучили в милиции, что есть люди, к которым, перед тем как войти, нужно снять туфли, а есть такие, входя к которым нужно выбить ногой дверь. Я умею говорить красиво, культурно, но есть те...

    — ... до кого не доходит...

    — ...кто таких слов просто не понимает. Я им на популярном языке объясняю, где двери, куда им выйти, в каком направлении идти — больше они ко мне не приходят.

    — Вы очень резкий, часто правду-мат­ку рубите — откровенный, в общем, такой человек... Скажите, почему вас до сих пор не убили?

    — (Со смехом). Господи, Боже мой! Потому что желающих очень много. Я всем говорю: для меня такая трагедия была, ког­да у меня один враг появился... Я тогда думал: ну как это переживу?! — а когда счет врагам за тысячу перевалил, я уже их не считаю... Я никогда не хожу с оружием, у меня наградной пистолет есть от президента Украины (это не то, что сейчас раздают министрам и всем подряд) — с красивой резьбой и гравировкой, но я не охотник, я даже рыбу боюсь ловить, чтобы ей боль не причинить.

    — И напоследок, Геннадий Геннадиевич: я знаю, что вы очень любите смач­ные анекдоты и хорошо их рассказываете. Анекдот от Геннадия Москаля мож­но?

    — (Улыбается). Я «про москалів» люблю, у меня их очень много. Итак, 1939 год, советская власть входит во Львов, впереди идут танки, артиллерия, а в конце колонны — туркменский батальон на верблюдах. Стоят две львовских панянки, и одна другой говорит: «Посмотри, что эти москали с конями сделали. Что ж они с нами теперь сделают?!». (Смеется).

                                                                                                                                                                                                                                                                                                           Записала Татьяна ОРЕЛ 









    © Дмитрий Гордон, 2004-2013
    Разработка и сопровождение - УРА Интернет




      bigmir)net TOP 100 Rambler's Top100